#СТАТЬИ
Как ОРКТ работает с прошлым клиента
Куминская Евгения,
Черногория, Бар
Ориентированный на решение терапевт, преподаватель,
научный сотрудник, автор подкаста «Психо Байки»
j-aquarius@bk.ru
Аннотация:
ОРКТ часто воспринимается как подход, ориентированный на будущее и настоящее. Однако многие привычные ОРКТ-интервенции уже включают исследование прошлого опыта клиента: исключений, ресурсов, успешных изменений и совладания. В статье рассматривается, какую роль прошлое играет в ОРКТ и как разговор о прошлом связан с формированием надежды. В качестве теоретической основы используется модель надежды Чарльза Снайдера, включающая цели, пути и агентность. Показано, как вопросы об исключениях, прошлых изменениях, ресурсах и уже пройденном пути помогают клиенту восстанавливать опыт влияния на происходящее и замечать возможности изменений.
Введение
Когда говоря об Ориентированном на решение подходе, то подход нередко описывается как «терапия будущего». В этом есть большая доля правды. Действительно, ОРКТ очень активно работает с желаемым будущим: с образами предпочитаемой жизни, с целями терапии, с чудесным вопросом, с описанием изменений, которые клиент хотел бы заметить. На этом фоне легко возникает ощущение, что ОРКТ почти не интересуется прошлым.
Однако тут важно сделать важную оговорку: ОРКТ не работает с прошлым как с источником причин и объяснений формирования проблемы. И связано это не с отказом от работы с прошлым как таковым, а с особенностями работы с проблемой: в ОРКТ источники, причины и объяснения проблемы не считаются значимыми для работы.
Но прошлое является не только источником причин и объяснений, оно также является пространством, где живут ресурсы, исключения, опыт совладания. И мы видим, что многие из ОРКТ-вопросов направлены именно на исследование прошлого. Тогда становится заметно, что дело не в том, говорит ОРКТ о прошлом или нет. Дело в том, как именно этот разговор устроен.
В этой статье я хочу подробнее рассмотреть, какую роль прошлое играет в ОРКТ-практике и как именно работа с прошлым связана с формированием надежды. Мы посмотрим, каким образом привычные ОРКТ-техники уже сейчас помогают терапевту исследовать прошлый опыт клиента, как через вопросы о прошлом усиливаются агентность и представление о возможных путях, а также почему одна и та же техника может выполнять совершенно разные терапевтические функции в зависимости от того, куда терапевт ведёт разговор дальше.
Что такое надежда и почему она важна для терапии
Надежда –одно из ключевых понятий терапии, хотя часто оно используется довольно размыто. Чарльз Снайдер в рамках позитивной психологии предложил рассматривать надежду как сочетание трёх компонентов: целей, путей и агентности. Цели связаны с представлением о желаемом будущем, пути – со способностью находить способы движения к нему, а агентность – с верой человека в собственную способность по этим путям двигаться. Важно, что только цели в этой модели напрямую относятся к будущему. Пути и агентность во многом строятся из уже существующего опыта человека –из воспоминаний о том, как он раньше справлялся, выдерживал сложности, находил решения или влиял на происходящее.
Такое понимание надежды полезно для терапии, потому что позволяет увидеть, чего именно сейчас не хватает клиенту. Иногда человек не видит целей, иногда –возможных путей, а иногда не верит в себя как в того, кто способен что-то изменить. Надежда напрямую связана с возможностью изменений: если человек не допускает, что что-то может стать иначе, любые техники и рекомендации начинают восприниматься как бессмысленные.
Именно здесь становится полезным различие между проблемой и ограничением. Проблема –это то, что человек хотя бы потенциально считает изменяемым. Ограничение же переживается как нечто принципиально неизменное: обстоятельство, состояние или жизненная ситуация, на которые невозможно повлиять. Конечно, в реальной жизни это разделение редко бывает абсолютно жёстким. Одни и те же обстоятельства в разные периоды жизни могут переживаться как проблема, а в другие –как ограничение.
Для нас, как для терапевтов, важно не то, чем объективно является ситуация клиента, а то как клиент это воспринимает. То, воспринимается ли ситуация как проблема или как ограничение, во многом связано с картиной мира клиента, его опытом и представлением о том, какие изменения вообще возможны в его жизни. И мы можем работать только с тем, что клиент в своей картине мира считает потенциально изменяемым.
Надежда становится здесь своеобразным индикатором. Если человек не видит никакой возможности влияния, то попытки убедить клиента, что «выход есть», нередко приводят к тому, что терапевт начинает опираться скорее на собственную картину мира, чем на реальность клиента.
В такой ситуации нам важно в работе оставаться в пространстве надежды клиента и параллельно расширять представления клиента о потенциально изменяемом пространстве его жизни. Это будет делаться через исследование опыта, в котором уже присутствовали движение, влияние, выдерживание, адаптация или хотя бы отдельные моменты чего-то иного. То есть через исследование прошлого.
ОРКТ и работа с прошлым
Если внимательно посмотреть на практику ОРКТ, становится заметно, что многие привычные для подхода вопросы уже являются разговором о прошлом. Рассмотрим, как именно прошлое встроено в наиболее распространённые ОРКТ-интервенции.
Исключения как исследование прошлого
Одной из наиболее узнаваемых техник ОРКТ являются вопросы об исключениях: «Бывало ли иначе?», «Когда проблема была меньше?», «Были ли моменты, когда вам удавалось справляться чуть лучше?». Формально эти вопросы трактуются как исследование текущей динамики проблемы, однако по сути они почти всегда обращены к прошлому опыту клиента –даже если речь идёт о событиях последних нескольких дней.
Когда терапевт спрашивает об исключениях, он помогает клиенту искать не причины проблемы, а опыт возможности. Исключение –это не доказательство того, что проблемы «на самом деле нет». Это опыт, в котором уже существовало что-то отличное от привычного проблемного сценария. Именно поэтому исключения становятся важным материалом для формирования надежды: если что-то уже происходило, пусть даже кратко или неустойчиво, значит, подобный опыт уже существует в жизни клиента.При этом направление вопроса зависит от временной рамки, внутри которой терапевт предлагает искать исключения. Например: «Было ли на прошлой неделе что-то, что вы сделали иначе?» –такой вопрос исследует актуальную динамику проблемы. А вопрос: «Бывало ли в вашей жизни, что в ситуации давления вы всё же смогли дать отпор?» –уже обращается к более широкому жизненному опыту клиента.
Вопрос «Как вы это сделали?» и поиск путей
Другой важный тип вопросов связан с исследованием путей. В ОРКТ терапевт постоянно спрашивает: «Как вам это удалось?», «Что вы сделали?», «Как получилось, что ситуация изменилась хотя бы немного?». На первый взгляд это выглядит как простое уточнение деталей. Однако именно здесь начинается работа с представлением о существовании путей.
Когда клиент вспоминает последовательность собственных действий, решений или даже небольших случайных шагов, проблема начинает восприниматься менее неподвижной. Вопрос «Как вы это сделали?» помогает восстанавливать опыт влияния на происходящее. Причём речь идёт не только о больших достижениях. Иногда терапевтически значимым оказывается уже сам факт того, что человек пришёл на встречу, выдержал тяжёлую неделю или заметил небольшое изменение в своём состоянии.
Кроме того, подобные вопросы помогают сделать опыт изменений более осознаваемым. Многие клиенты описывают положительные изменения как случайность или нечто, произошедшее «само». Разговор о том, как именно это произошло, постепенно возвращает человеку авторство собственных действий и усиливает агентность.
И эти вопросы также могут быть направлены в настоящее: «Как вы на этой неделе смогли один вечер провести без гаджета?», или в прошлое – «А как вы, учась в школе, поняли, что надо делать в этой ситуации?».
Разговор о прошлых изменениях
Отдельное место в ОРКТ занимает исследование уже произошедших изменений в жизни клиента. Это могут быть как изменения, напрямую связанные с текущей проблемой, так и совершенно другие жизненные ситуации: переезды, обучение, восстановление после кризисов, выстраивание отношений, освоение новых навыков.
Такие разговоры важны не только потому, что позволяют обнаружить успешный опыт. Они помогают исследовать сам процесс изменений. Как человек переходил от беспомощности к действию? Что помогало ему начать? Как он выдерживал сложности? Что оказывалось наиболее поддерживающим? Какие способы совладания были характерны именно для него?
Подобные беседы часто показывают, насколько индивидуальны стили изменений. Один человек начинает действовать быстро и импульсивно, другой долго наблюдает и собирает информацию, третий опирается на поддержку других людей, четвёртый двигается через маленькие шаги. Исследование прошлых изменений помогает не только обнаруживать ресурсы, но и лучше понимать собственную логику движения к изменениям.
В работе мы можем сделать это через вопрос: «Вспомните какое-либо изменение, произошедшее в вашем прошлом. Пусть это будет изменение, которое принесло что-то важное и положительное в вашу жизнь. Расскажите мне о нем?». После с клиентом этот эпизод исследуется, пока не будет достигнута большая степень детализации, а также совместного понимания того, как именно у клиента могут происходить изменения. В дальнейшем это понимание может стать основой для обсуждения тех изменений, которых клиент хочет достичь в настоящем.
Ресурсная беседа и беседа, свободная от проблемы
В ОРКТ разговор о прошлом часто появляется и в ресурсных беседах. Когда терапевт спрашивает клиента о том, что ему важно, что его интересует, что помогает ему в жизни, чем он гордится или что любит делать, речь тоже идёт об исследовании опыта –опыта себя вне проблемы.
Беседа, свободная от проблемы, выполняет сразу несколько функций. Во-первых, она помогает расширить образ клиента за пределы проблемной идентичности. Во-вторых, она возвращает в поле внимания уже существующие работающие области жизни. В-третьих, она создаёт материал, на который затем можно опираться в терапии.
Особенно важно, что такие разговоры работают на агентность. Когда человек долго находится внутри проблемы, его представление о себе начинает сужаться: «я тревожный», «я не справляюсь», «у меня ничего не получается». Ресурсная беседа помогает вернуть более сложный и объёмный образ себя –человека, у которого уже есть интересы, ценности, способности, отношения, опыт выдерживания и преодоления.
В этой области вопросы, направленные на прошлое, могут выглядеть так: «Чем вы любили заниматься до того, как проблема стала занимать столько места?», «Когда в последний раз вы чувствовали себя больше собой?», «В какие периоды жизни вам удавалось чувствовать себя более устойчиво?», «Что в вашей жизни раньше помогало вам восстанавливаться?», «Были ли моменты, когда вы смотрели на себя совсем иначе?».
Шкалирование и уже пройденный путь
Даже такая привычная техника, как шкалирование, во многом оказывается разговором о прошлом. Когда терапевт спрашивает: «Что вы сделали, чтобы переместиться с 2 на 3?», внимание клиента автоматически направляется на уже существующий опыт продвижения.
Этот вопрос помогает замечать не только результат, но и путь, который уже был пройден, а также действия, которые клиент предпринял, чтобы оказаться там, где он есть сейчас. Что позволило оказаться именно в этой точке? Что человек сделал? Какие изменения уже произошли?
Подобные разговоры постепенно создают историю накопленного опыта влияния. Даже небольшие изменения начинают восприниматься как значимые и связанные с действиями самого клиента. Это особенно важно в работе с состояниями беспомощности, где человеку часто кажется, что ничего не меняется и никакие усилия не имеют значения.
Таким образом, прошлое в ОРКТ присутствует гораздо более активно, чем может показаться на первый взгляд. Однако это прошлое исследуется не ради поиска причин проблемы, а ради восстановления опыта возможности, движения и влияния. Разговор о прошлом в ОРКТ становится не движением назад, а способом расширения пространства возможных изменений.
Точность в задавании вопросов при исследовании прошлого
Одной из сложностей работы с прошлым в ОРКТ является то, что общий вопрос о прошлом очень часто не срабатывает. Если терапевт спрашивает: «Бывало ли у вас иначе?» или «Справлялись ли вы когда-нибудь с чем-то подобным?», клиент нередко отвечает: «Нет», «Никогда», «Это совсем другое» или «Сейчас всё иначе». Особенно часто это происходит в состояниях выраженной беспомощности, стыда или длительной проблемной фиксации, когда человеку действительно трудно удерживать в поле внимания опыт, противоречащий проблемной истории. В такие моменты может возникать ощущение, что исключений или работающего опыта действительно нет. Однако на практике проблема часто заключается не в отсутствии опыта, а в слишком широком или недостаточно точном вопросе.
Во многом это связано с тем, что клиентская жалоба обычно состоит сразу из нескольких смысловых слоёв. В одной фразе могут одновременно содержаться описание поведения, эмоционального состояния, представления о себе, ожиданий, отношений с другими людьми и выводов о собственной идентичности. Если терапевт отвечает на такую фразу одним общим вопросом, клиенту бывает трудно понять, к какой именно части опыта этот вопрос относится.
Например, клиент говорит:
«Я часто берусь за что-то новое, но у меня никогда не получается довести всё до конца. Всё валится из рук, и в итоге я думаю, что со мной что-то не так. Кажется, что я всегда проваливаюсь и ничего не могу сделать нормально».
Если в ответ терапевт спросит: «А бывало ли иначе?», клиент с большой вероятностью скажет: «Нет». Не потому, что в его жизни действительно никогда не было исключений, а потому, что вопрос оказывается слишком большим для поиска ответа.
Гораздо полезнее в такой ситуации начать дробить реплику на отдельные элементы и искать микроисключения для каждого из них.
Например:
–«Я часто берусь за что-то новое».
Тогда можно спросить: «А были ли ситуации, когда новое вызывало у вас не тревогу или разочарование, а интерес или азарт?»
–«У меня никогда не получается довести всё до конца».
Тогда вопрос может звучать так: «А что в своей жизни вам всё-таки удавалось завершать?»
–«Всё валится из рук».
Можно спросить: «Бывали ли периоды, когда вы чувствовали больше устойчивости или собранности?»
–«Со мной что-то не так».
Тогда терапевт может исследовать противоположный опыт: «А в какие моменты вы ощущали, что с вами всё в порядке?»
–«Я всегда проваливаюсь».
Возможный вопрос: «Бывали ли ситуации, где что-то не получилось, но вы всё равно продолжили двигаться дальше?»
–«Я ничего не могу сделать нормально».
Тогда можно искать даже небольшие зоны компетентности: «А есть ли что-то, что, по мнению других людей, у вас обычно получается хорошо?».
Такое дробление выполняет сразу несколько функций. Во-первых, оно делает поиск исключений более доступным. Клиенту гораздо легче вспомнить отдельный опыт, противоречащий одной конкретной части проблемы, чем опровергать всю проблемную историю целиком. Во-вторых, это помогает ослаблять ощущение тотальности проблемы. Вместо монолитного «у меня всё всегда плохо» начинают появляться отдельные зоны вариативности. В-третьих, подобная точность позволяет терапевту лучше понимать, с каким именно компонентом опыта он сейчас работает: с поведением, самооценкой, эмоциональным состоянием, ожиданиями или представлением о собственной идентичности.
В ОРКТ даже небольшие исключения имеют терапевтическую ценность. Иногда клиент не может вспомнить ситуацию, где проблема полностью отсутствовала, но способен заметить момент, где она была чуть менее выраженной, длилась меньше времени или проявлялась иначе. Именно эти микроисключения часто становятся первыми точками восстановления надежды.
Заключение
ОРКТ нередко воспринимается как подход, ориентированный прежде всего на будущее. Однако внимательный взгляд на практику показывает, что значительная часть ОРКТ-работы уже связана с исследованием прошлого опыта клиента. Разговор о прошлом здесь нужен не для поиска причин проблемы, а для восстановления надежды, путей и агентности–опыта того, что изменения уже были возможны. Исключения, ресурсные беседы, вопросы о прошлых изменениях и уже пройденном пути помогают клиенту замечать не только проблему, но и собственную способность влиять на происходящее. Именно поэтому в ОРКТ важно не то, говорим ли мы о прошлом, а то, как именно мы о нём говорим.
Литература
1. Snyder, C. R. Hope theory: Rainbows in the mind // Psychological Inquiry. 2002. Vol. 13, № 4. P. 249–275. DOI: 10.1207/S15327965PLI1304_01.